September 11th, 2013

ахах, победил здоровый пофигизм

Как-то взбодрило, пусть висит тут: "Архитектор — это человек, который, вообще-то, очень много считывает с картинки. Гораздо больше, чем мы с вами. Не надо читать Бодрийяра, достаточно открыть книжку Дженкса (Чарлз Дженкс, американский архитектор-постмодернист. — Прим. ред.) и посмотреть на красивые картинки. С другой стороны, хочу вам сказать, Юрий Михайлович и сам был заводной. Вы вспомните, какие фотографии! Как он в косоворотке плясал на сцене цирка! Вы можете себе вообще вот так представить, чтобы Собянин так делал, Путин? Медведев один раз сплясал, очень вышло неубедительно. А этот — он с душой! Поэтому и игрушки любил (...)Есть же еще и мировой контекст. Для 90-х архитектура аттракционов — главная, вообще-то, история. Бильбао — это что такое? Аттракцион. Просто они по-своему гуляют, а мы по-своему. У них музон, у нас гармошка. Они — ЛСД, а мы — пивасика. Архитектура такая же получается.Офиша - вообще хорошее такое интервью, очень рекомендую. Тонны желчи, но у меня вызвало массу (почти) не злой иронии - хоть было что вспомнить, а нынче..

Кстати, раз уж вспомнили, о сводке недавнего дня:

Перевожу для тех, кто не считывает с картинки - более бесперспективной и на фиг никому не упавшей движухи, чем выборы мэра, мир уже давно не видел. Натыкаясь повсюду на агрессивную рекламу или Свидетелей Навального, мне постоянно приходили почему-то в голову строки "Лучший вид на этот город - если сесть в бомбардировщик". Вот и 68 с половиной процентов видимо тоже ультрафиолетово. Демократичный выбор - выборы мэра большинству не нужны (отоже мы до того не знали)
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.

Элкерлик /Elkerlyc/ 1975, реж - Йос Стеллинг

Элкерлик, «похожий на любого» - образ, встроенный в вечный и неразрешимый спор о природном и социальном, индивидуальном и коллективном, интуитивном и логическом, внутреннем и внешнем, словом о двух принципиально разных способах вписывания себя в мир. Плут, бродяга-авантюрист, делает это мастерски, запросто перетасовывая себя в общей колоде карт, представая перед зрителем то монахом, то шарлатаном-врачом, то влюбленным, то мужем, то герцогом, хозяином замка. Стеллинг, экранизируя средневековую пьесу неизвестного автора, как будто кроит картину из работ старых мастеров – Брейгеля-старшего или Босха. Те же локации, то же описание мира, которое  Бахтин называл «материально-телесным низом», те же достоверные хари, заставляющие подумать, что и бесы, и ангелы не внизу, не вверху, а где-то рядом, по соседству.
Collapse )