Жить своей жизнью (beauty_spirit) wrote,
Жить своей жизнью
beauty_spirit

Categories:

Прикосновение греха /Tian zhu ding/ 2013, Цзя Чжанкэ

Кто-то в сети сравнил «Прикосновение греха» с «Левиафаном» Звягинцева и сейчас, на волне интереса к последнему, таких параллелей не избежать. Цзя Чжанкэ, которого на родине тоже сочли оппозиционером от китайского кинематографа и «очернителем» снял фильм о все той же оппозиции «маленький человек и система». Только, у Звягинцева - «Ветхий Завет без Бога», переосмысление истории Иова и «вавилонская этика», как написал один рецензент. А Цзя Чжанкэ обеими ногами стоит на почве своей древнейшей культуры. Фильм хорошо показывает различия между цикличной восточной цивилизацией и западной с ее линейным вектором однонаправленного накопительного прогресса и идеей превосходства. И абсолютную чужеродность и противоестественность последней для китайской культуры. Этот вектор прогресса и капитализма, захватывающего некогда коммунистический Китай, врывается в фильм «Прикосновение греха» в образе молчаливого мотоциклиста-убийцы, который связующей нитью проходит через четыре новеллы, передавая своеобразную эстафету зла, и даже становится героем одной из историй. Экшен ради экшена – движение ради движения, только вперед, из точки А в точку Б. Ему даже деньги не особенно нужны, как становится понятно из разговора с женой – весь смысл в одуряющем движении, дающим возможность почувствовать свободу и власть над жизнью и смертью.
Первая же сцена, где этот мотоциклист хладнокровно кладет трех человек на заснеженной трассе, задает настроение жанрового кино, но если кто-то ожидает от Цзя Чжан боевика, то разочаруется - старое доброе ультранасилие с кровавым фарсом будут только редкими всплесками в социальном насилии, от которого человек превращается в скот, либо просто звереет. Четыре истории, взятые автором наугад из криминальной хроники (три заканчиваются убийствами, одна – самоубийством) – всего лишь статистические погрешности в обществе, теряющем под натиском индустриального прогресса и незыблемые вековые традиции, и идеологическую коммунистическую закалку. В Китае фильм хотели запретить за экстремизм – уж очень приятно смотреть на то, как «маленький человек», почти герой гоголевской «Шинели» расправляется с коррумпированными боссами или молодая девушка режет богатого клиента, хлеставшего ее по лицу купюрами. Но насилие у Чжанкэ не несет долгожданного облегчения, а пустота рождает только пустоту. Новелла про рабочего, который перебил начальство, начинается и заканчивается кадрами с нещадно избиваемой хозяином лошадью, которая напоминает нам известный момент из биографии Ницще. Герой расстреливает обидчика лошади, но, в отличие от человека, сформулировавшего в свое время постулат «Падающего подтолкни», обнять и заплакать уже просто не может. Прав был он, когда нарывался, обвинял чиновников в воровстве, получая за это клюшкой для гольфа, потом поднимался и брал в руки ружье? Нет ответа. Социальное кино о проблемах капиталистического общества, в то же время обнаруживает в себе черты экзистенциальный драмы. Старая как мир идея прощения – чтобы простить надо полюбить и простить самого себя, а на это герой просто неспособен. У героини из новеллы, которая порезала клиента, и этого выбора не было. Все они были обречены. Там есть сцены с традиционной «китайской оперой». Заметно, как герои устали от своих ролей, но позволяли так с собой обращаться из-за чувства вины, а потом не выдерживали и ломались. Сложно сказать, перед кем они считали себя виноватыми, но никто не смог противостоять этому чувству. Восточные люди принимают судьбу, роль каждого расписана, как сценарий и рамки этих образов так крепки, что ломают скелеты и перемалывают судьбы.
Замкнутый круг, безумная молотильня жизней, тотальная некоммуникация и антониониевское отчуждение: «В моих ранних фильмах я исследовал традицию межличностных отношений в китайском обществе, процесс трансформации таких понятий, как дружба и любовь. Сегодня связь с традицией прервана окончательно, возникают новые типы взаимоотношений, новое отчуждение: особенно бессильными себя ощущают молодые люди, которые не знают, что противопоставить этой ситуации, как себя защитить. Это и интересует меня в последних картинах». Затмение человеческих чувств, их угасание. И любовь, умирающая в индустриальном мареве большого города.
Tags: Кино, Китай
Subscribe

  • "Нет, ребята, всё не так!"

    Из эссе "Приключения Чиполино" Джанни Родари не совсем о том, о чем мы думали" Михаила Золотоносова: "Есть мнение, что…

  • Два мира

    Недавно обсуждали так сказать, творчество художника Павла Рыженко, ученика Глазунова. И прозвучало, что все эта белогвардейская эстетика –…

  • "Палачи" Мартина Макдонаха

    А кто живет в Москве, тот может посмотреть постановку театра Royal Court последней пьесы Мартина Макдоноха «Палачи». Есть такое…

Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments