Жить своей жизнью (beauty_spirit) wrote,
Жить своей жизнью
beauty_spirit

Categories:

Великая иллюзия

Всем потерянным Великим иллюзиям...


Когда-то давным-давно, когда деревья были большими, кино черно-белым, а
войны джентльменскими, Великий Жан Ренуар снял Великое кино о невеличии и
одновременно, о величии войны. Годы первой мировой, немецкий лагерь для
военнопленных режиссер-француз рисует совершеннейшим курортом, а едва
ли самым лучшим и симпатичным персонажем делает как раз немецкого
коменданта (гениальная игра Эрика фон Шторгейма), отчего поначалу
кажется не понятным за что же Геббельс объявил этот фильм «киноврагом
Германии №1».


Светский этикет, строгий немецкий порядок, честь и благородство. «Дайте
мне слово, что в вашей комнате нет ничего, что противоречило бы правилам
- Ничего нет, даю слово - Благодарю» Посылки из дома, а вернее из
лучших парижских ресторанов, которые надзирателям вскрывать не положено и
они, как это ни странно, не вскрывают. Венок «В память об убитом
французском летчике от немецкой части». Игры, фарс, дураковаляния,
переодевания в женщин. Абсурдные диалоги, словесные выверты и типажи
кажущиеся сошедшими со страниц «Похождений бравого солдата Швейка». И,
есть иллюзия, что все эти милые люди могли бы жить дружно, спокойно и
долго, но, все до тех пор, пока не будет задумана новая игра – в побег,
«как в романе про графа Монте-Кристо». Тут уж война берет свое, а фильм
из практически комедии положений превращается в самую настоящую драму.
Лучшие чувства лучших из людей будут проверенны на прочность, все
иллюзии растоптаны, и настоящая война начнется не где-то, на отдаленной
линии фронта, а в душах всех участников событий. Война между дружбой и
долгом, между любовью и долгом, между принципами и долгом – и как
видите, все «слишком человеческое» тут изначально в оппозиции.






Поезда, станции, стук колес, запутанные, заснеженные дороги войны -
дантовы круги ада и каждая ведет к дому, только чьему? Тут уж Ренуар нам
демонстрирует те самые хрестоматийные гуманистические ценности, за
которые фильм тогда был запрещен Геббельсом, но без всякого пафоса, а
умно, остроумно и с невероятной добротой и любовью к таким забавным и
запутавшимся человечкам. Демонстрирует, в общем-то, достаточно простые
вещи. Что если люди и делятся между собой, то только по тому принципу,
который можно назвать родством душ. Что конкретный живой человек, рядом с
тобой, всегда менее иллюзорен, чем идеи, размытые госграницы и даже
границы своего класса и нации. Что война не решает вопросы, не уменьшает
человеческие конфликты, а только увеличивает их, обостряет чувства,
развевает иллюзии, обнажает нервы и ставит перед неразрешимыми
диллемами. Она не бывает красивой, благородной и джентльменской – там
настоящие смерти, кровь, грязь, и прочие, плохо сочетающиеся с белыми
перчатками, вещи. И единственная правильная и здоровая стратегия на
войне – только в выживании, а не в демонстрации мужества, геройства и
красоты поступков. «Увы, только в выживании», так и хочется, кажется,
добавить автору фильма. Тут как-то само собой вспоминается, что когда
снималась «Великая иллюзия» ассистентом Ренуара работал молодой Лукино
Висконти – два офицера-аристократа, чье время уходит, кажется, по
каким-то законам кино-реинкарнации позже перекочуют и в его собственные
фильмы. Агонизирующий класс, тюремщик и его заключенный - последние
романтики войны, во времена, она так явно проявила свою неромантичную
суть.



Война абсурдна и бессмысленна, но нельзя не восхищать проявлениями
достоинства человека на войне, какими бы бессмысленными и абсурдными они
не казались – и в этом мировоззренческом противоречии, Ренуар, так же,
как и Висконти, имеет в виду не только войну, но «мир» с его сложным
устройством вообще. Когда один из героев - простой «пролетарий» в
офицерском чине, пересекая границу, говорит, мол, надеется, что эта
проклятая война со всеми ее нелепостями - последняя, с ним остается
согласиться. Неизвестно сколько должно произойти войн, чтобы история
кого-то хоть чему то научила, мир останется еще более холодным и
иллюзорным, а всего через год после выхода фильма начнется Вторая
мировая. Но та война действительно была такой последней, в том смысле,
вместе с ней закончилась и классическая культура, и эпоха, когда, по
словам режиссера, еще воевали государства, а не люди. Следующая война
будет уже совсем не джентльменской - джентльмены свою войну проиграли
еще тогда. Мир (во всех смыслах этого слова) - иллюзия, романтика -
иллюзия, черное зимнее небо захлопнувшееся навеки, Фон Рауфенштайн,
срезающий герань, шампанское в хромированном ведре со льдом, томик
Гейне, белые перчатки, чашки из тонкого форфора, следы на снегу, сложные
дилеммы, канувшая в небытие эпоха… Все суета сует, все иллюзия, но
иллюзия Великая…


Subscribe

  • "Христос терпел и нам велел"

    "Помню, как-то на смотру у меня на мундире не хватило двадцати пуговиц, и за это меня посадили на четырнадцать дней в одиночку. И два дня я,…

  • Над всей Испанией безоблачное небо (С)

    Пациентка Елена Семенова (ее анамнез в целом довольно интересен, но я не о ней сейчас) на сайте «Стратегия Белой России» рекламирует…

  • Дюнкерк (Dunkirk) 2017, Кристофер Нолан

    Понятное дело, что по поводу «Дюнкерка» уже бодаются все военные эксперты нашего села интернета – трусость французов,…

Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments